Кому на Руси жить хорошо, или есть ли будущее у триллеров в России?

В российском кинематографе есть два интересных момента: авторское кино и попытки скопировать Голливуд. И если первое как раз преимущество отечественных фильмов, то второе — то, что их убивает.

Российское кино начало как-то формироваться в сознании зрителя в начале 1900-х благодаря во многом Сергею Эйзенштейну: тогда о советских фильмах заговорили в мире. Но потом в стране произошли революции, Первая и Вторая мировая войны, коммунизм и социализм. Все это отразилось на кино — искусстве, отражающем, прежде всего, нравы и жизнь людей.

В то время в США эта сфера наоборот семимильными шагами шла вперед. Учитывая, что Америка хоть и участвовала в войнах, но весь театр действий происходил не на ее территории, то развивать киноиндустрию было проще. Поэтому через несколько десятилетий именно на американские фильмы будут ориентироваться студии во многих странах, в том числе и в современной России, в попытках понять секрет США — как снимать кино для всех?

Кому на Руси жить хорошо, или есть ли будущее у триллеров в России?
pixabay.com  /  Bokskapet

Пожалуй, жанр фильмов ужасов — один из тех, где надо уметь снимать для всех. Ведь страх – базовый инстинкт человеческой сущности, независимо от нации или страны проживания. Тут работают одинаковые механизмы, главное уметь правильно их использовать.

Классикой жанра ужасов, конечно, считается фильм «Психо» Альфреда Хичкока — основавшего и давшего мощный толчок этому направлению. Впоследствии его методы нагнетания напряжения на экране стали библией для создателей хорроров.

Одним из лучших примеров качественного интеллектуального триллера можно считать «Молчание ягнят» (экранизация одноименного романа). В фильме почти никого не режут, минимальное количество крови и жестокости (если сравнивать с «Пилой» Джеймса Вана), но при этом половину ленты ты нервно сжимаешь подушку. Все дело в том, что Джонатан Демме смог полноценно насытить «Молчание» саспенсом, а собирательный образ маньяка Ганнибала Лектора (перекочевавший из книги), основанный на истории реальных убийц Теда Банди, Эда Гина и Гэри Хейдника — добавляет остроты восприятию. Энтони Хопкинсу и Джоди Фостер удалось создать особенную химию с эмпатией между маньяком и его жертвой. Все напряжение — в диалогах героев, в их взглядах крупным планом, в нагнетающей музыке и сюжетных линиях. Неудивительно, что триллер получил пять «Оскаров», «Золотого глобуса» и еще огромное число наград.


К числу лучших триллеров за всю историю относят также экранизацию романа Стивена Кинга «Сияние» режиссера Стэнли Кубрика. За роль сошедшего с ума Джек Николсон получил премию «Оскар». А некоторые сцены из картины считаются культовыми и многократно повторялись в массовой поп-культуре (например, сцена с потоками крови и лифтом или погоня с топором).

Классикой слэшеров — зубодробительного месива, когда главной целью фильма становится показать как можно больше крови и мяса — по праву считается «Кошмар на улице вязов» Уэса Крэйвена. Жестокая картина о том, как убийца с огромными когтями терзает морально и физически американских школьников. Пожалуй, этот фильм стал причиной кошмаров многих детей, родившихся в конце 80-х — начале 90-х. Более комедийным, даже пародийным оказался другой слэшер-ужастик Крэйвена — «Крик», где маньяк в маске и с ножом врывается в дома к законопослушным гражданам. В этой серии он одновременно высмеивал все клише существующих хоррор-фильмов, при этом продолжая пугать зрителя.


К списку таких лент можно отнести и знаменитую франшизу «Хэллоуин» Джона Карпентера, написавшего известный трек Halloween Theme, вариации которого можно встретить в разных роликах на YouTube. Его маньяк Джон Майерс и по сей день продолжает крошить людей, преследуя непотопляемую (и не убиваемую) Джейми Ли Кертис (которая даже в 62 года очень бойко спасается бегством). Последняя часть «Хэллоуин убивает» была представлена на Венецианском фестивале в этом году несколько дней назад (критики уже отметили, что чего-то особенного ждать не стоит, кроме большого числа трупов).


Отдельно хотелось бы упомянуть уже более современного режиссера Джеймса Вана, добавившего шик и лоск фильмам ужасов, и отчасти возродившего к ним интерес публики после того, как хорроры почти перестали быть востребованы в начале 2000-х (люди просто устали от одинаковых клише). Такие франшизы как «Пила» (особенно впечатляет, что первая часть выросла из дипломной короткометражки, собранной на коленках), «Заклятие» (первый слэшер, где один из скримеров — монахиня — получает свой сольный фильм) и «Астрал» — это красивые фильмы ужасов с проработанным сюжетом и правильными акцентами. Режиссер использует все традиционные болевые точки, скримеры и методы запугать зрителя, но так виртуозно, что это не раздражает и не утомляет.

После внезапного успеха Вана с «Пилой» (его первым фильмом) жанр ужасов привлек внимание самых разных личностей. В частности, комик Джордан Пил снял два интеллектуальных триллера «Прочь» и «Мы» (они привлекли внимание еще и из-за повестки про расовое разнообразие в кино), Ари Астер поразил зрителей многослойностью своих «Солнцестояния» и «Реинкарнации». Все эти картины о тайнах человеческой натуры, об извращенности окружающего мира, о перегибах и крайностях. И пугают они уже не выпрыгивающими внезапно мартышками, а остросоциальными вопросами и очевидными язвами нашего общества. С каждым годом в этом жанре появляется все больше авторских работ, и ужасы становятся не местом для развлечения зрителя, а территорией для глубоких размышлений.


Есть ли будущее у триллеров в России?

Конечно, и среди этого американского великолепия хорроров встречается много второсортного. Но чтобы увидеть стоящее, сначала надо понять, что не стоящее — одно без другого не может. Так и в России.

Существовало мнение, что современный отечественный кинематограф — это словно труп советского кино, который пинают и пытаются на нем что-то построить. Отчасти это так, отчасти нет. Если говорить о фильмах ужасов, то большинство из них — редкостная недоработка и провал из-за стремления копировать американские хорроры. Прежде всего, хромает сценарий, потом подача режиссера, а завершают эту тропу позора актеры-функции. «Кольская сверхглубокая» — красивый трейлер, но пустой фильм. Основанный на мистической истории о погибших на тайной научной станции на Севере, фильм умудряется быть скучным и глупым. К концу ты просто не понимаешь, что происходит и какой вывод у этого кино, к чему были все эти полтора часа.


Или скажем «Пиковая дама», «Невеста», «Проводник», «Яга», «Фото на память» — перечислять можно бесконечно. Все это — слабые копии американских ужастиков про ведьм и потусторонне зло наподобие «Ведьмы из Блэр» или «Пункта назначения». Однако не все так безнадежно и печально.

Российский «Спутник» оказался весьма неплохим, напоминающим американскую ленту «Живое» — предысторию появления Чужого на Земле. Неудивительно, что этот фильм Егора Абраменко с Оксаной Акиньшиной называют российским ответом «Чужому» Ридли Скотта (хотя будем честными, это разные уровни).

Не чистым ужастиком, но все же с мистической составляющей является сериал «Тайна Перевала Дятлова», основанный на реальной трагедии на Северном Урале. «Метод» с Константином Хабенским пусть и детектив, но тоже с элементами триллера. При желании с натяжкой к ужасам можно отнести и «Эпидемию» — апокалиптический триллер-сериал о пандемии (только не в США, а в России).


К жанру ужасов можно отнести даже проекты Юрия Быкова — «Сторож», «Завод», «Майор», «Дурак» о российской реальности. Некоторые поспорят, ведь там нет бросающегося в глаза саспенса или диких убийств. Но, пожалуй, особенность российских триллеров такого характера как раз в мрачности, сильной даже оголенной драме, атмосфере напряженности и какой-то безвыходности. А главное, что концовка пугает своей реалистичностью (нет же правила, что пугать могут только маньяки и одержимые дьяволом).

«Груз 200» Алексея Балабанова о трагедиях в российской глубинке, «72 метра» Владимира Хотиненко о затонувшей подлодке — тоже можно назвать триллерами. А «Змеиный источник» — это почти что российская версия «Твин Пикса» Дэвида Линча, где есть странное убийство в отдаленном небольшом городке.

Да, возможно, безумные слэшеры как «Крик» — не наш конек, зато в русской крови — гнетущие триллеры с глубокой драмой. Ведь неотъемлемыми составляющими жизни в России являются беспокойство, тревожность, ощущение некой катастрофы. И это отличительные элементы хорошего авторского триллера.

Российские режиссеры обожают размышлять о безысходности человеческой судьбы, о трагичности жизни, о въевшейся в наш быт безнадеге. И часто зрители относят подобное кино либо к авторскому (а для многих это синоним «кино не для всех»), либо считают его слишком тяжелым, и поэтому не смотрят. На самом деле, отчасти они правы, это не кино для всех, в котором так поднаторели американские режиссеры, но разве это делает фильмы плохими?

Автор: